Самому главному – главное место

Первейшая наша цепь в воспитании — не финансовая, не общеобразова­тельная, не даже нравственная, а духовная. Мы желаем своим детям вступить во взрослую жизнь подготовленными к тому, чтобы, как свободные личности, любить Христа. Основная разница между нашими православными детьми и сред­ними современными подростками должна быть в том, что они МОЛЯТСЯ.

Сильнейшим искушением для молодежи в наше время является поголовное забвение христианской веры всеми вокруг. "В воздухе носится" идея о том, что это "постхристианский" мир. Даже большинство именующих себя христианами считает преданность Святоотеческому христианству старомодным невежеством. Существует много пророчеств о том времени, когда отступление достигнет таких масштабов, что те, кто просто сохранит свою веру, будут больше подвижников и чудотворцев прошлого. В нашей эпохе достаточно признаков, чтобы напомнить об этих пророчествах и оправдать, не то, конечно, чтобы впадать в болезненное апокалиптическое настроение, но то, чтобы утешаться пониманием, что это все часть Божественного промысла. Эти пророчества могут также помочь нам по­нять, что в общении с молодежью следует подчеркивать самые основы нашей веры (такие, например, как любовь ко Христу как к Богу). Нужно помнить, что наши дети ищут свой путь, окруженные этим отступлением. Нельзя "отцеживать комара" и забывать суд, милость и веру (Мф. 23;23-24). Нам, возможно, придет­ся пропустить изрядное количество "комаров", пока наши дети вырастут.

Происходящий в подростке процесс открытия заново для себя христианства иногда включает временное оставление второстепенных аспектов с тем, чтобы сконцентрировать его опыт на главнейшем: вере, свободе, любви, правде. Мы знаем, что «второстепенное» дополняет основное, и стараемся жить так, чтоб это было явным, и объяснить это своей молодежи. Однако нам, возможно, придется терпеливо подождать, пока наши дети сами придут к осознанию цен­трального смысла жизни.

Если девочку-подростка грубо выставляют из церкви за то, что она в джинсах, сколько времени потребуется ей, чтобы придти ко Христу? Пусть это и неподходя­щая одежда, но не есть ли наша Церковь больница для лечения больных? Если б мы воспитали в наших детях любовь ко Христу, они бы, пройдя так называемый переходный возраст, когда так естественно заботиться о моде, сами бы почув­ствовали несуразность своего одеяния. Это закон духовной жизни, приложимый к каждому из нас: не стыдимся ли мы теперь того, что в прошлом нисколько не тревожило нашу совесть? Если наши дети будут слышать только лекции о том, что подобает носить, v ни слова о том, как стяжать благодать Божию, что удержит их в Православии? Не пуститься бы им в поиски где-нибудь на стороне, если у них еще есть стремление к духовному. Нужно видеть сердца наших подростков, а не толь­ко их внешний вид, каким бы ужасающим сей последний ни предстал нашим взо­рам. Если подросток настойчиво просит позволения носить что-либо вопреки на­шему совету, иногда лучше уступить, чем делать одежду источником долговре­менных разногласий между родителями и чадом, и, таким образом, между ча­дом и Православием. Чтобы принять тот факт, что то, что мы носим, действует на нашу душу, нужны духовная опытность и духовное чувство, а не чувство приличия; и, навязывая определенный стиль одежды тому, кто еще только начинает осозна­вать, что по-настоящему единственно ценными являются сердце.
Распечатать Распечатать

Комментирование закрыто.